Понятно, что напрашивающийся (и правильный) ответ — «Потому что код приходится не только писать, а и читать». Едва ли этот ответ стоит целого поста, но автор им не ограничивается.

Последнее время мои коллеги огрызаются на мои неустанные замечания о стиле в рецензиях на их код. Я уделяю все больше и больше внимания тому, что можно с полным основанием назвать косметикой. Да, есть плохие стили кода, есть лучшие, но все они всего лишь соглашения. Нельзя отрицать, что некоторые из них действительно улучшают общее качество кода, но вне зависимости от того, сколько мы спорим о пробелах и табуляции, они остаются субъективными предпочтениями, часто делом вкуса.

Впрочем, меня беспокоит не качество кода — не настолько, как напряжение зрения и случайные ошибки чтения, которые тоже определяют качество кода. Мы часто бьемся над ошибками, которых можно было бы избежать, если бы не спешка и недопонимание.

Разработчики не только пишут код — большую часть нашего времени мы добавляем, убираем и редактируем небольшие его фрагменты, фактически вносим мелкие изменения в огромный код. Независимые фрагменты кода, написанные с нуля, попадаются редко — если, конечно, мы не начинаем новый проект. Большинство наших проектов — наследие многих поколений разработчиков до нас. Что бы мы ни делали — добавляли новую функциональность или изменяли старую — нам приходится читать код, чтобы выяснить, какая команда что делает и как лучше всего реализовать нашу задумку. Даже при работе над совершенно независимым модулем или классом, как только мы написали первые строки, нам приходится возвращаться к ним снова и снова, чтобы вплетать в них новый код.

Инверсия управления является распространенным явлением, с которым вы столкнетесь при использовании фреймворков. И действительно, она часто рассматривается как определяющая характеристика фреймворка.

Давайте рассмотрим простой пример. Представьте себе, что я пишу программу, которая получает некоторую информацию от пользователя с помощью командной строки. Я мог бы сделать это как-то так:

  #ruby
  puts 'What is your name?'
  name = gets
  process_name(name)
  puts 'What is your quest?'
  quest = gets
  process_quest(quest)

В этой ситуации мой код управляет исполнением: он решает, когда задавать вопросы, когда считывать ответы, а когда обрабатывать результаты.

Однако если бы я использовал оконную систему для чего-то похожего, я написал бы что-то, что работает с окном:

  require 'tk'
  root = TkRoot.new()
  name_label = TkLabel.new() {text "What is Your Name?"}
  name_label.pack
  name = TkEntry.new(root).pack
  name.bind("FocusOut") {process_name(name)}
  quest_label = TkLabel.new() {text "What is Your Quest?"}
  quest_label.pack
  quest = TkEntry.new(root).pack
  quest.bind("FocusOut") {process_quest(quest)}
  Tk.mainloop()

Теперь между этими двумя программами большая разница в потоке управления — в частности, в управлении временем, когда вызываются методы process_name и process_quest. В примере с коммандной строкой я контролирую, когда эти методы вызываются, но в примере с оконным приложением нет. Вместо этого я передаю контроль оконной системе (команда Tk.mainloop). Далее она решает, когда вызвать мои методы, основываясь на связях, которые я настроил при создании формы. Управление инвертировано — управляют мной, а не я управляю фреймворком. Это явление и называется инверсией управления (также известно как Принцип Голливуда — «Не звони нам, мы сами позвоним тебе» — Hollywood Principle — «Don't call us, we'll call you»).