Блог компании Microsoft

Крутое интервью с Джеффри Сновером: о том, почему Microsoft loves Linux, контейнерах и облачном будущем

В середине осени 2016 года наконец увидела свет следующая версия серверной ОС от Microsoft - Windows Server 2016. Среди отличительных черт новой версии можно отметить довольно тесное взаимодействие со стеком Azure, из которого, кстати, в Windows Server 2016 мигрировали и некоторые технологии. Кроме того, Microsoft продемонстрировала несколько революционных шагов, от тесной работы с опенсорсом, до неожиданно проявившейся любви к Linux.

О том, почему новая серверная ОС стала так близка Unix-ам и облакам, а также о том, куда решения Microsoft будут развиваться дальше, мы поговорили с Джеффри Сновером, Microsoft Technical Fellow, а также ведущим архитектором Enterprise Cloud Group.
Джеффри Сновер (Jeffrey Snover) — главный архитектор подразделения Enterprise Cloud Group, в ведении которого находится платформа Azure Stack, а также продуктовые линейки Windows Server, System Center и Operations Management Suite. Кроме этого, он известен как создатель Windows PowerShell — распределенного решения по автоматизации задач, скриптов и командной оболочки. В компанию Microsoft Сновер пришел в 1999 году на должность архитектора подразделения Management and Services. В его обязанности входило инженерное руководство разработкой технологий и продуктов Microsoft. В ИТ-отрасли Сновер работает более 30 лет — преимущественно в сфере технологий и решений для управления. В частности, он занимал должность СТО в Tivoli, работал в NetView, DEC и еще нескольких стартапных проектах. На отраслевых и научных конференциях Джеффри Сновер часто выступает с докладами, посвященными облачным вычислениям, администрированию и скриптовым языкам.
— Джеффри, каковы ваши роли в Microsoft в общем и вашей команде в частности?
— Я технический партнёр (Technical Fellow) и главный архитектор группы Корпоративного облака (Enterprise Cloud). Это команда, которая создаёт Windows Server, Azure Stack, System Center и Operations Management Suite.

Так что у меня широкая зона ответственности, распространяющаяся на все упомянутые технологии и продукты. Помимо этого, есть более специфические направления, которыми я занимаюсь глубоко — или, можно сказать, где я вовлечён непосредственно: это автоматизация и управление, которыми я занимаюсь исторически. С недавних пор я со стороны руководства компании также курирую Nano Server. Но большую часть своего времени я сейчас посвящаю Azure Stack.
— Джеффри, вы можете рассказать, какие задачи и проблемы вам приходится решать в ежедневном режиме? Как выглядит ваш средний рабочий день?
— Честно признаться, у меня наверное никогда не было "среднего" рабочего дня. Расписание повторяется каждую неделю только в один день — вторник, когда мы проводим встречу руководства компании и оцениваем, как идёт наш бизнес. После этого мы углубляемся в разные темы по мере необходимости. Кроме этого, по вторникам я провожу архитектурные советы, на которых мы по деталям разбираем ту или иную технологию, над которой работает одна из команд в настоящий момент. За исключением этих встреч, ни один из моих дней не похож на другой — я провожу много времени в личном общении с инженерами и лидерами команд, пытаюсь понять, существуют ли какие-то препятствия для их эффективной работы, и как я могу помочь. Но, в общем и целом, главная вещь которой я занят — это, как бы сказать, повышение ясности в головах людей относительно того, что мы делаем, как мы это делаем и для чего. И после этого — ищу ребят, которые делают крутые вещи, отличную работу, и обеспечиваю им максимум поддержки, чтобы они могли пойти ещё дальше и быстрее.
Я считаю, что Nano Server — это самая важная вещь, созданная нами, с момента выпуска Windows NT. Правда. Это самое существенное архитектурное изменение, которое было сделано в Windows Server 2016.
В Windows Server 2016 есть несколько технологий, которые изначально были созданы и использованы в Azure, такие как программный балансировщик нагрузки (Software Load Balancer), распределённый брандмауэр (Datacenter Firewall) и некоторые другие. Как вы представляете себе дальнейший путь (роадмап) развития и миграции технологий из Azure в Windows Server?
— Да, действительно, эти технологии уже себя зарекомендовали. В прошлом, когда мы разрабатывали какую-то штуку — первая версия, поставлявшаяся заказчику, была... первой разработанной версией! Конечно, мы проводили длительные бета-тесты, тестирование на железе, в замкнутых сетях и так далее. Но так или иначе, это была лишь первая версия любого ПО. Сейчас же всё происходит совершенно иначе.

Сейчас мы берём какую-то технологию из Azure, которая уже используется в промышленной среде и в огромных масштабах, и включаем её в операционную систему. Фактически это как если бы мы выпускали сразу четвёртую или пятую версию, потому что они уже обкатаны таким вот образом. Я ожидаю, что эта модель сохранится и в будущем, потому что она доказала свою успешность.

Хотя, одно из связанных с этим затруднений заключается в том, что развитие Azure работает в стиле непрерывного развёртывания (continuous delivery). Поэтому я думаю, что мы постараемся ещё точнее соответствовать этой модели в поставке наших технологий традиционным заказчикам, использующим Windows внутри своих организаций. Потому что — да, прямо сейчас мы просто взяли какие-то технологии и принесли их в Windows Server. Но, понимаете, с тех пор эти технологии продвинулись вперёд ещё дальше. А поэтому я думаю, что в будущем нам будет удобнее доставлять их заказчикам либо отдельно, по мере необходимости и вне традиционного цикла выпуска ОС, либо каким-то другим механизмом. В общем, подход такой — мы продолжим брать технологии из Azure и выпускать либо для Windows, либо для Azure Stack, и мы постараемся делать это таким способом, чтобы успевать за развитием Azure. И, если честно — это некая головоломка, которую нам предстоит решить. Настоящий вызов!
— Почему? Существуют какие-то специфические препятствия, какие-то унаследованные особенности? Или в чём заключается основная сложность?
— Это разница между циклами внедрения технологий в облаке и в корпоративном секторе. Корпорации привыкли к тому, что они получают какую-то технологию и остаются с ней на длительный период времени. Иногда не обновляясь по много-много лет. В то время, как темп обновления облачного ПО, в том числе Azure, — ежедневный. Каждый день! Наши крупные корпоративные заказчики не хотят обновляться ежедневно. В то же время, я не могу им позволить оставаться на одной и той же версии ПО по многу лет — это, правда, уже так больше не работает. Поэтому нахождение устраивающего всех баланса — сложная и интересная задача.

Сейчас мы придумали выпускать то, что называем «текущая ветвь для бизнеса» — Current Branch for Business или CBB. К примеру, вот Nano Server поддерживается именно по этой модели. Это значит, что какое-то время мы будем продолжать обновлять его такими же ежемесячными исправлениями, как и обычный Windows Server. Но в определённый момент, для конкретной версии это прекратится, все новые исправления будут входить уже в новую версию — и поэтому заказчикам потребуется перейти на эту новую версию. Но пока что это касается только Nano Server. Потому что Server Core и Server with Desktop Experience (традиционный вариант установки с графическим интерфейсом) продолжают использовать традиционную модель поддержки — т.е. сначала пять лет основной, и затем ещё пять лет расширенной.
— А скорость канала в Интернет у конечного пользователя как-то влияет на развитие Azure и других продуктов? Какова сила этого влияния?
— Есть две проблемы: скорость доступа и задержка, «пинг». Что касается задержек — пытаться минимизировать их можно только до какого-то предела, это как скорость света. Собственно, поэтому мы так активно и строим дата-центры Azure по всему миру, а кроме того планируем использовать Azure Stack, чтобы распространить наши технологии в ещё больше точек. Благодаря этому как раз мы справляемся с задержками.

Теперь что касается ширины канала. Конечно же, революция в сетевых скоростях — это как раз то, что позволило начаться трансформации бизнеса и переходу к облачной модели. И на то есть две веских причины. Во-первых, теперь почти любой клиент может воспользоваться облачной службой, и вы можете работать с ним, как если бы он находился прямо в вашем ЦОД. Конечно, при условии, что нет проблем с задержками, и ширина канала позволяет. Но во-вторых, и что даже более важно, — быстрая сеть внутри самого дата-центра позволяет переходить на микросервисную архитектуру. Вся идея микросервисов в том, чтобы интегрировать компоненты не через DLL и другие подключаемые библиотеки, а на основе установленных протоколов. Что, в свою очередь, позволяет нам расти, увеличивать масштаб, вести разработку, экспериментировать и вводить изменения с огромной скоростью.
— Как давно Microsoft приняла микросервисную… скажем, философию? И насколько далеко вы готовы зайти — или, если позволите, насколько глубоко вы готовы нырнуть в эту нору?
— (смеётся) На самом деле, это начали ребята из Bing. До Bing, когда мы строили собственные дата-центры, мы больше всего парились о том, что называется «сеть с севера на юг». Это вот как раз скорость соединения и задержки между конечными пользователями и нашими дата-центрами. А Bing уже тогда был огромным набором микросервисов, ну или в то время — просто сервисов, и тут конечно можно обсуждать, насколько «микро» они были. Короче, они были сервисами, но их было очень много, и чтобы всё это работало друг с другом — мы поняли, что придётся полностью перепроектировать то, что называется «сеть с запада на восток». Тут речь идёт как раз о связанности внутри самого ЦОД — так, чтобы скорости и задержки позволяли разным компьютерам общаться между собой так же эффективно, как просто разным процессам на одном компьютере.

В общем, ребята из Bing это всё затеяли. И тут мы увидели, что такая архитектура позволяет разным командам выбирать свои собственные технологии, разрабатывать так быстро, как они захотят, выпускать новые версии когда они захотят, масштабироваться настолько, насколько они захотят — и всё это без ущерба для взаимодействия с другими командами и компонентами. Это многому нас научило, и такой подход мы теперь используем везде.

И я кстати очень хорошо это вижу на примере нашего продукта Operations Management Suite (OMS). Он по своей природе модульный и состоит из отдельных служб. Поэтому благодаря использованию сервисов мы достигаем такого уровня интеграции и обеспечиваем такое удобство для конечных пользователей, что это просто потрясающе. О таком, конечно, раньше можно было только мечтать. Когда мы делали «коробочные продукты», мы конечно хотели достигнуть всего этого — но это было просто нереально. А теперь, благодаря микросервисами, это даже очень просто.
— Вы в своё время объявили, что в дата-центрах Azure используются Windows Server и Hyper-V. Вы можете раскрыть какие-то подробности?
— Ну да, на самом деле они уже очень-очень давно там используются, на протяжении многих версий. Тем не менее, Windows Server 2016 оказался в некотором роде переломным моментом в том, как Azure принимает к использованию новые версии. В прошлом, когда мы выпускали новую версию Windows Server, ну, Azure просто брал и разворачивал её у себя. А тут всё было по-другому. Мы вместе планировали, что мы собираемся сделать для этого выпуска, чтобы убедиться в том, что мы отвечаем их задачам и потребностям, включаем специфические сетевые технологии для Azure.

Кроме того, мы встроились в то, что у себя называем «системой контуров». Там идея в том, что у Azure есть «контуры», можете считать их «потоками». Сначала тестовый контур, потом ещё один более крупный тестовый контур, в котором работают всякие экспериментальные задачи, и только потом — промышленная эксплуатация. И вот что мы сделали. Каждую ночь мы отдавали свежую сборку в Azure, и они пропускали её через свои контуры. И разные версии ПО проходили от одного контура к другому, и так далее. В общем, они использовали новые сборки каждый день, проводили нагрузочное тестирование, очень быстро находили какие-то проблемы и сообщали нам о них. И в результате мы уверены как в качестве самого продукта Windows Server, так и в том, что Azure сможет внедрить его у себя без каких-то ужасов.
— Джеффри, а что вы думаете про место Nano Server в экосистеме Microsoft?
— Я считаю, что Nano Server — это самая важная вещь, созданная нами, с момента выпуска Windows NT. Правда. Это самое существенное архитектурное изменение, которое было сделано в Windows Server 2016. У нас ведь уже была фантастическая и очень успешная операционная система как для малого и среднего бизнеса, так и корпораций, и дата-центров. Но в облаке мы сразу же увидели, что семейство *nix используется очень широко, я бы даже сказал, что в облачном пространстве мы — догоняющий игрок, претендент. И реальность такова, что в облаке вам нужны от операционной системы совершенно определённые вещи, но при этом она должна сама должна быть маленькой, легкой, не являться препятствием ни для чего. Система, которая просто обслуживает приложение и легко управляется централизованно. И если в операционной системе что-то не отвечает этим требованиям — вы её просто не станете устанавливать. И Linux, по своей природе, всегда обладал этими характеристиками, а Windows по своей, другой, природе — нет. И это именно то, что делает Nano Server. Люди до сих пор не верят в то, что Windows Server можно быть таким маленьким, что-то около четырёхсот мегабайт с небольшим, по-настоящему «нано».

И, знаете что, вообще-то у людей есть основания для скепсиса. Это невообразимо тяжёлая работа, которая заняла много лет и была довольно болезненной. Но сейчас, наконец, у нас есть нечто маленькое, очень быстрое, очень хорошо подходящее для облака. И тем не менее, мы ещё не закончили — наше догоняющее положение до сих пор сохраняется, но сделан первый, очень важный и твёрдый шаг.
— Сейчас на Nano Server работают только некоторые из ролей Windows Server. Список возможностей Nano будет увеличиваться дальше?
— Не сомневайтесь, Nano Server — это будущее Windows Server. В дальнейшем всё будет дополнительными компонентами к Nano Server.
— Каков подход Microsoft к модели разработке с открытым кодом (Open Source)? Что из текущих продуктов и служб использует Open Source, а что может быть открыто в будущем?
— Сатья Наделла (генеральный директор Microsoft) уже говорил, что «Microsoft любит Linux», и на самом деле он имел в виду две вещи. Во-первых, надо выбираться из своих офисов, ходить и говорить с нашими заказчиками и пользователями, узнавать, что им нужно на самом деле — и дать им это. Вот так просто. А когда мы это сделали, мы поняли, что огромное количество людей использует Linux, ходит с айфонами, пользуется маками и телефонами с Android. Тоже просто. Но когда мы разговаривали с людьми, очень многие сомневались в чистоте намерений, думали что это ловушка, ну, «embrace, extend…».

Но всё это неправда. Всё очень просто — слушать заказчиков и давать им то, чего они хотят. В контексте Azure — давайте скажем прямо — мы хотим, чтобы каждое облачное приложение или система работали на Azure. Ну а для людей, использующих Linux, это подразумевает уверенность в том, что Linux будет отлично работать на Azure. Как компания мы вложили очень много средств, а как главный архитектор Windows Server я вложил очень много времени в то, чтобы наш стек виртуализации относился к Linux как «клиенту первого класса». Мы много работали над его производительностью, и — мы особо не говорим об этом — но в некоторых сценариях Linux показывает [в Azure] даже более высокие результаты, чем Windows. И это нормально, мы этого и добивались. И мы идём ещё дальше. Мы собираемся взять наше отличное ПО и сделать так, чтобы заказчики могли запускать его на тех ОС, на которых они сами захотят.

Мы в Microsoft попросту хотим, чтобы наша бизнес-модель была совмещена с успехом наших заказчиков. Ведь если наши клиенты успешны, мы тоже добиваемся отличных результатов. Но мы больше не можем полагаться на то, что заказчик добивается успеха только используя какие-то строго определённые технологии.
— То есть симбиоз?
— Конечно. Не надо заблуждаться — мы уверены, что Windows и Windows Server отличные системы, мы продолжаем вкладывать миллиарды долларов в год в их развитие, и будем и дальше это делать. Но кроме того, мы прикладываем дополнительные усилия к тому, чтобы все эти технологии хорошо работали и с Linux, и другим ПО с открытым кодом.
— В Windows Server 2016 очень много новых возможностей, особенно полезных для крупных дата-центров. Но каковы новые возможности для пользователей поменьше?
— Я предпочитаю говорить не о размере компании, а о "стиле" использования ПО. Мы знаем много примеров маленьких компаний с огромным бизнесом, как WhatsApp, который был куплен «Фейсбуком»… помните за сколько? За 18 миллиардов долларов! У них были миллионы пользователей, но всего около пятнадцати сотрудников. Так что они были маленькой компанией — но тем не менее, они работали «в облачном стиле», они и сами были облаком. Так что давайте лучше поговорим об этих стилях. Я вот считаю, что есть 4 "стиля":

1. Маленькие, на 1-2 сервера, компании. Когда мы разговаривали с такими клиентами, в большинстве своём они были уже довольны. При этом, многие из них жаловались на разницу в опыте работы с клиентской и серверной ОС, особенно когда клиент обновлялся до Windows 10 и получал новый интерфейс. То есть самым важным критерием была совместимость с клиентом. Сейчас уже, как вы видите, сервер с графическим интерфейсом — это на самом деле клиентская ОС, в которую добавлены серверные компоненты. Так что они очень совместимы Раньше это было не совсем так — специальный шаг в процессе разработки брал отдельные клиентские компоненты и добавлял их в сервер. Теперь мы это перевернули в обратную сторону.

2. Следующим стилем можно назвать "корпоративный" или "энтерпрайз". Это и малый или средний бизнес, а иногда и большой. Это мир, в котором вы по-прежнему используете графические инструменты, [но управляете большим количеством серверов]. Мы и здесь улучшили ситуацию, благодаря новому компоненту — Server Management Tools. Он позволяет управлять серверами из любой точки мира, потому что для этого используется веб-портал, размещённый в Azure. Поэтому теперь, где бы вы ни были, какое бы устройство ни было у вас под рукой — вы можете управлять своими серверами. Ну и кроме того, это очень важный для нас проект, потому что он потребовал усовершенствовать механизмы удалённого управления разными компонентами.

3. Дальше идёт стиль дата-центров. Там вы уже отходите в сторону от графического интерфейса, и полагаетесь на автоматизацию. Поэтому мы внесли огромные изменения в пятую версию PowerShell. Во-первых, мы улучшили управляемость ряда компонентов, а во-вторых — внесли много усовершенствований в сам PowerShell, например Desired State Configuration.

4. Ну и последний стиль — облачный, в который сегодня идут наши основные инвестиции. Он объединяет фактически всё то, о чём мы уже успели поговорить: Nano Server, управление, контейнеры, инфраструктурные изменения, Azure и так далее.

Я также должен сказать, что любой из этих стилей заказчиков в последние годы всё больше стал задумываться о безопасности. Поэтому и Windows 10, и Windows Server 2016 — значительно более защищённые продукты по сравнению с предыдущими версиями. То есть, это, в общем-то, очевидный факт — каждая новая версия Windows, в принципе, безопаснее предыдущих. Но будем откровенны — на фоне изменившейся картины безопасности, после утечек WikiLeaks и Сноудена, которые как раз произошли, когда мы занимались проектированием — мы значительно увеличили вложения в защиту операционных систем. Ну а сейчас мы видим результат.
PowerShell является стандартным инструментом управления инфраструктурой Windows Server. Сейчас вы открыли код PowerShell. Что это значит, и кто от этого выиграет?
— Ну, основным предназначением PowerShell всегда было управлять чем угодно откуда угодно. Поэтому сейчас вы можете использовать PowerShell на любом клиенте, каком захотите, любом сервере, в любом облаке или в своём ЦОД, с любой виртуализацией и с любой системой хранения. Вот польза от кросс-платформенного PowerShell. А открытый код — это история про то, как теперь ведётся разработка PowerShell. Здесь можно выделить три основных преимущества.

1. Огромный кусок кода C# промышленного качества опубликован и стал доступен людям для изучения того, как мы работаем. Это послужит образовательным целям.

2. Если возникают вопросы на тему того, как это работает, или почему работает так, а не иначе — можно найти ответ в коде. Иногда документация не до конца понятна, иногда она неточна, иногда код просто лучше всего объясняет, что происходит.

3. Наконец, у людей теперь есть возможность участвовать в разработке в PowerShell. Наверняка есть какие-то улучшения или новые возможности, о которых вы просили, но которые мы не смогли реализовать в силу других приоритетов и ограниченных ресурсов. Ну или кто-то хочет поработать над PowerShell, но не может переехать в Редмонд, чтобы присоединиться к команде. Так что да, мы уже получаем вклад от сообщества, и это идёт всем на пользу.
Всё очень просто — слушать заказчиков и давать им то, чего они хотят. В контексте Azure — давайте скажем прямо — мы хотим, чтобы каждое облачное приложение или система работали на Azure. Ну а для людей, использующих Linux, это подразумевает уверенность в том, что Linux будет отлично работать на Azure. <...> Мы собираемся взять наше отличное ПО и сделать так, чтобы заказчики могли запускать его на тех ОС, на которых они сами захотят.
— И что, много уже людей участвовали в сообществе разработки?
— Смотря что для вас «много». Но я могу сказать, что скучать нам не дают — мы только и делаем, что разгребаем pull-запросы. И пока что мы даже не хотим, чтобы сообщество росло слишком уж быстро. Ведь со всеми этими предложениями происходит то, что всегда должно происходить с новым кодом — кто-то должен его проверять, оценивать, тестировать, и всё это занимает много времени и сил. В будущем эту роль тоже смогут взять на себя участники сообщества — но должно пройти какое-то время, прежде чем они к этому придут, и смогут делать это качественно.
— А как насчёт планов по разработке собственных инструментов управления контейнерами и автоматизации?
— Скажу вам так — вся индустрия контейнеров сейчас развивается очень быстро, и вот эти направления внутри неё тоже развиваются очень быстро. Ещё год назад все только и говорили что «Meso-Meso-Meso», а теперь уже не так. Теперь все больше думают о Kubernetes. Но и Meso тоже продолжают использовать.

Наша стратегия здесь развивается по двум направлениям. Во-первых, мы продолжим работать и активно поддерживать системы управления контейнерами, уже принятые сообществом. Поэтому мы с уверенностью выстроили интеграцию в экосистему Docker, чтобы заказчики могли использовать их технологии для управления нашими контейнерами, и это просто продолжало работать. Но кроме того, у нас есть и своя собственная инфраструктура управления облаками, которая называется Service Fabric. Это многоцелевая система с очень богатыми возможностями, и мы продолжаем развивать её в направлении контейнеров, чтобы добавить управление и ими тоже.
— Вот вы недавно выпустили Windows Server 2016, а какие изменения произойдут с продуктом в ближайшие годы? Главное, как часто вы планируете обновлять его — раз в 3-4 года, как и раньше?
— Честный ответ заключается в том, что мы не знаем. Будучи гибкой и современной компанией, вы постоянно слушаете своих заказчиков — вследствие чего: (а) вы более прозрачны в собственных действиях, но (б) вы менее предсказуемы. Раз вы слушаете заказчиков и действуете по обстоятельствам — вы не знаете заранее, чего они вам скажут.

Задача, которую мы пытаемся решить, заключается в том, что есть большая группа заказчиков, которые хотят новейшие технологии как можно скорее. Это лучше всего сейчас заметно на примере клиентских ОС, где мы уже выпускаем обновления очень быстро. Но теперь у нас есть нечто аналогичное и для сервера — как я уже говорил, это «текущая ветвь для бизнеса» или CBB — новая версия, которая будет выпускаться с укороченным циклом. Но ведь, кроме того, есть и заказчики, которым это не нужно. Они хотят получить какую-то версию продукта, которую они купят и останутся на ней. Это то, что мы называем «Ветвь длительного обслуживания», Long Term Servicing Branch или LTSB. Вы её покупаете, и у вас есть пять лет стандартной поддержки, а потом ещё пять лет расширенной. Собственно, тут остаются те же правила игры, которые были раньше — на протяжении двадцати лет истории Windows Server.

Так что мы будем пока выпускать новые версии в модели CBB, а также продолжать общаться с заказчиками на тему того, когда им потребуется новая LTSB.
— Джеффри, а каков бы был ваш профессиональный совет разработчикам в России в свете всей той технологической эволюции, которую мы переживаем, и ожиданий со стороны бизнеса? Может быть, вы предвидите какие-то изменения, и у вас есть взгляд на то, как Microsoft будет адаптироваться к ним?
— Я бы сказал, что есть вещи тактического порядка, а есть вещи стратегического порядка. Стратегические вещи почти не меняются, тактические же изменяются постоянно. Большая стратегическая перемена, я считаю, связана с переходом в облако или к облачной модели. Кроме того, глубоко убеждён, что в каждой компании, которая существует сегодня, за ближайшие 5-10 лет полностью сменится всё руководство — и генеральный директор, и вице-президенты, и директора. Их сменят люди, которые поймут, как использовать облако и с его помощью трансформировать собственные продукты и услуги.

И я говорю не только про разработчиков ПО и прочие компании мира ИТ. Я говорю про нефтегазовый сектор, авиа- и других перевозчиков, производителей одежды и обуви... Каждый бизнес изменится с помощью облачного подхода. А вот как это сделать — это уже более интересный вопрос. Но понятно, что люди, у которых есть ответ, смогут и возглавить этот процесс. В общем, я верю в то, что облачные технологии вызовут не только технологические изменения, но и изменения в сфере бизнеса.
— А если говорить про конкретные требования к людям и их профессиональным качествам — что хочет видеть Microsoft в потенциальном сотруднике, чтобы его ждало светлое будущее?
— Ну, мы тоже меняемся. Раньше мы всегда точно знали, как нам нанимать новых людей, как развивать, за что поощрять и как. Мы брали людей сразу после колледжа, обучали их нашей культуре, нашим подходам и бизнесу. Мы и сейчас продолжаем это делать, но многое изменилось.

Мы стараемся привлекать людей из индустрии, которые уже знают, как добиваться успеха, в том числе в сообществах разработки открытого кода. Их понимание и ощущения очень важны, чтобы работать с теми самыми пользователями айфонов, маков и Linux. Теперь мы берём этих людей в компанию и слушаем их, и они занимают действительно высокие посты в нашей структуре. Мы конечно и раньше их нанимали, но не очень-то слушали. Но теперь мы пытаемся охватить своей «сетью» гораздо больше пользователей и устройств.

В конце концов, чтобы человек получил признание и добился успеха в Microsoft, нужно просто делать то, о чём говорил Сатья — быть одержимым успехом заказчиков. Слушать заказчиков, каждый день просыпаться с мыслями о том, что им нужно, спрашивать себя, правильно ли мы понимаем эти потребности, как мы можем помочь им преуспеть. И если вы этим увлечены — вы именно тот тип людей, которых мы хотим нанимать, и от которых выиграют наши заказчики, от которых выиграет наша компания, и выиграют наши акционеры. Ну правда, это не так уж и сложно.

Комментарии (14)

  • +1
    интервью и правда неплохое, спасибо, но под разговоры о любви баг с поломкой фс в гостевом linux под hyper-v не чинят уже несколько лет (проявляется при бэкапах/миграциях)
  • +3
    Люди до сих пор не верят в то, что Windows Server можно быть таким маленьким, что-то около четырёхсот мегабайт с небольшим, по-настоящему «нано».
    кек
    • 0
      С другой стороны, CoreOS к примеру весит немногим меньше 300.
      • 0
        А пресловутый alpine — 130 мегабайт, например. А уж если особо заморочиться, то функциональные системы начинаются с единиц мегабайт.
        • 0
          Kolibri?
          (Хотя и не сервер, но вполне себе ОС)
          • 0
            OpenWrt. 4Mb хватит на все.
            • 0
              minixp2.gho — 36 мегабайт. И это сделали не Microsoft :)
  • 0
    Как раз вчера читал: https://www.reddit.com/r/linux/comments/5wb0px/the_twelve_step_microsoft_loves_linux_program/
  • 0
    Очень хорошее интервью, спасибо!
  • +1
    А когда мы это сделали, мы поняли, что огромное количество людей использует Linux, ходит с айфонами, пользуется маками и телефонами с Android.
    Внезапно
  • 0
    А Windows-сервер — это когда у тебя на сервере стоит Windows? (шутка, но не совсем...)
  • 0
    Джеффри по-моему очень похож на Джимми Уэлса из Википедии
    Заголовок спойлера
    image
  • 0
    Потому что Linux антихрупок, любые воздействия на него делают его только лучше, а винду нет.
  • 0
    >>но в некоторых сценариях Linux показывает [в Azure] даже более высокие результаты, чем Windows.
    Интересно как это. И не относится ли это к подсистеме Linux в Windows, а то вдруг окажется LAMP (+nginx) под Windows будет работать быстрее )

    В Nano Server теперь тоже есть тот же Bash и htop, то есть уже годная замена linux?

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.