Пользователь
0,0
рейтинг
10 июня 2013 в 19:54

Администрирование → Британские учёные недовольны политикой правительства в отношении копирайта



Англия считается одной из самых благополучных в смысле копирайта стран. Аналитики полагают, что уровень пиратства там минимальный.

В 2011 году профессор Hargreaves, возглавлявший группу независимых исследователей, опубликовал отчёт, заказанный правительством, который должен был дать ответ, правильным ли путём идёт страна в направлении интеллектуальной собственности, а конкретно, способствует ли существующая система прогрессу и экономическому росту.

Уже в предисловии профессор пишет, что раз правительство заказывает такой отчёт, значит они сомневаются, что всё идёт хорошо. Похоже, несмотря на многочисленные обзоры, сделанные за последние 5 лет, правительство не прислушивается к сделанным рекомендациям, и продолжает проводить политику копирайта под давлением лоббирования, а не на основе объективных факторов.

Авторы задумались: может быть британские политики просто не верят британским учёным? Тогда они решили объявить беспрецедентную акцию сбора мнений (Call For Evidence) о текущем состоянии дел. Высказаться могли все желающие, как корпорации-гиганты, так и лично любой простой гражданин. Предлагалось ответить на вопрос: "надо ли что-то изменить (и если надо, что именно) в системе интеллектуальной собственности Британии, чтобы она способствовала инновациям и экономическому росту?"

Затем, с использованием этих ответов, и множества других собранных за время исследования данных, они составили свой отчёт, где подробно проанализировали текущую ситуацию. Из этого документа мы узнаем, как обстоят дела с пиратством в Соединённом Королевстве.

Если ответить одним словом: плохо. Копирайт идёт не туда, и требуется срочно предпринять ряд действий, первым из которых предлагается ввести «Копирайт Хаб». Это будет не просто реестр всех произведений, а универсальная всемирная система торговли копирайтом. Первая версия хаба должна заработать уже в июле 2013 года.

Call For Evidence


Но обо всём по порядку. Вернёмся в декабрь 2010 года, когда был опубликован документ, где подробно описывалось, что бы хотели узнать исследователи. Большая его часть состояла из вопросов вида "какие у вас есть факты о том, предоставляет ли копирайт правильные стимулы для авторов?", "какие у вас есть факты о трудностях в лицензировании работ?" и т.д.

За отведённый срок было получено более 250 ответов, не считая тех, кто пожелал, чтобы их мнение не публиковалось. На акцию откликнулись крупнейшие библиотеки, телерадиокомпании, ассоциации и союзы авторов и правообладателей, такие компании, как eBay, Google, IBM, Microsoft, представители мелкого и среднего бизнеса и частные лица. Не преминула высказаться и Британская Пиратская Партия.

Ответы были самые разные. Например, организации правообладателей кратко заявили, что всё идёт отлично, просто надо, чтобы люди начали уважать интеллектуальную собственность. Одна студентка юридического ВУЗа написала целый трактат о возможностях электронной торговли интеллектуальной собственностью. Представители электронной коммерции сообщили о проблемах:
Мы считаем, что английская система копирайта мешает людям начинать бизнес в медиа сфере, так как это тяжело и работаешь как на минном поле. Некоторые из лучших инвесторов уходят из этой области из-за неприятностей, с которыми они столкнулись.

Невозможно охватить всё многообразие полученной информации, ведь только сам отчёт занимает 130 страниц, не считая огромного количества сопровождающих документов, поэтому я очень кратко остановлюсь на основных моментах.

Роль интеллектуальной собственности в экономическом развитии


Обзор начинается с рассмотрения того, каким должен быть закон, и сравнения с действительностью. Приведу несколько цитат:

Права интеллектуальной собственности должны поддерживать экономическое развитие, стимулируя инновации через временную монополию, предоставляемую авторам и изобретателям. Политика должна балансировать экономические цели против общественных, а также выгоды правообладателей против влияния на потребителей и другие интересы.
Нет никаких сомнений, что точка зрения потребителей играла слишком малую роль в определении британской политики по интеллектуальной собственности.
Границы между юридическими сферами законов об интеллектуальной собственности и об охране личной жизни начинают стираться. В этой связи жизненно важно, чтобы политика разрабатывалась объективно.
Права интеллектуальной собственности не могут выполнять свою основную экономическую функцию (стимулировать инновации), если эти права не уважают, или их защита слишком дорого обходится. Неэффективный правовой режим — хуже, чем вообще никаких прав: они должны давать уверенность и поддержку бизнес-моделям, но на практике всё пошло вкривь и вкось. Широко распространенное пренебрежение законом разрушает уверенность, которая должна поддерживать доверие потребителей и инвесторов. В самых серьезных случаях она уничтожает социальную солидарность, позволяющую законопослушному большинству объединяться против криминального меньшинства.

Копирайт


В следующей главе автор переходит к рассмотрению копирайта. Неудивительно, что большинство присланных данных касались именно этой части интеллектуальной собственности.

Всем ясно, что цифровые технологии трансформируют копирайт, и в лучшую и в худшую сторону. Нарушения повсеместны; понимание закона слабое; миллионы работ запрещены для оцифровки в целях сохранения или вообще недоступны; бизнес-модели контент-индустрии под угрозой, что побуждает компании обращаться к правительству, требуя решительных действий против потребителей и поставщиков «пиратского» контента.
Мы выявили определенные сложности в процессах лицензирования музыки, как для цифровой дистрибуции, так и для альтернативного использования, такого как компьютерные игры. Среди респондентов, указавших на проблемы, были и артисты, и поставщики сервисов, и известные международные компании. Жалобы следующие: фрагментация прав между множеством правообладателей, высокие затраты на обсуждение условий, недостаточная прозрачность, высокие авансы за доступ к каталогам, печальное положение произведений артистов, работу которых издатель решает не выставлять на рынок, закрытые соглашения о выплатах, когда артисты не знают, на каких условиях им будут платить.
Примеры неэффективности лицензий нетрудно найти. BBC сообщают, что им потребовалось почти 5 лет, чтобы урегулировать все права, необходимые для запуска популярного сервиса iPlayer. Из группы малых предприятий технологической направленности, с которыми мы встречались на TechHub'е, половина заявила, что у них возникли трудности с лицензированием чужой интеллектуальной собственности. Одна из таких фирм, предоставляющая онлайн прослушивание радио-шоу и DJ-миксов по запросу, сообщила, что им пришлось около 9 месяцев уговаривать авторские общества, чтобы хоть немного продвинуться с лицензированием. Другие говорили, что переговоры по лицензированию проходят с переменным успехом: некоторые предоставляют доступ, другие отказываются без всяких объяснений. Некоторым даже угрожали подать на них в суд, вместо того, чтобы обсудить деловые предложения. Были сообщения, что иногда просто невозможно получить информацию о том, какие могут быть условия, так как неясно, с кем надо связаться для получения лицензии.

Для решения этих трудностей, британские учёные предлагают ввести "Digital Copyright Exchange" (Цифровую Биржу Копирайта), сначала в своей стране, а затем распространить её на весь мир. Это база данных всех материалов, защищённых копирайтом, плюс механизм, позволяющий продавать и покупать права. Такая система, по мнению учёных, будет выгодна всем: и авторам, и правообладателям, и потребителям. Профессор посвятил этому вопросу значительную часть работы, и подробно рассматривает все преимущества такой биржи, и этапы её построения.

Исключения из копирайта


Важная проблема, свидетелями которой мы стали в последние годы, это растущее несоответствие между тем, что позволяют делать исключения из копирайта и разумными предположениями и поведением большинства людей. Цифровые технологии сделали возможным такое использование контента частными лицами, которое они считают нормальным — такое как обмен музыкальными треками с членами семьи или копирование треков с CD для проигрывания в машине. Человеку трудно понять, почему можно дать другу почитать книгу, а цифровой музыкальный файл — нельзя. Картина еще усложняется тем, что цифровой контент сейчас иногда продается с разрешением изменять формат (треки на iTunes) или «одалживать» файлы (Amazon ebooks) без дополнительной платы.
Это вызывает неразбериху и создаёт закону дурную славу. Это отпугивает потребителей и ставит государство в положение, когда ему приходится «выбирать» между правообладателями и гражданами. Эффективное правоохранение в таких обстоятельствах может стать невозможным.
Закон о копирайте никогда не задумывался как инструмент для регулирования развития потребительских технологий. Но именно этим он становится, когда начинает запрещать или разрешать разработку или применение таких технологий. Англия не может себе позволить ставить ненужные преграды на пути инноваций.

В качестве примера приводится сообщение Мартина Бреннана, молодого британского предпринимателя, разработавшего музыкальный плейер «Brennan J7», который сохраняет музыкальные CD на своём жестком диске, делая прослушивание более удобным. Британский комитет рекламных стандартов постановил (в точном соответствии с законом), что реклама этого плейера Brennan должна содержать предупреждение, что его использование приводит к нарушению копирайта.

Мартин Бреннан пишет:
устаревшее законодательство и бюрократия могут саботировать моё развитие. Не преувеличивая, скажу, что это дело стоит мне больше бессонных ночей и потраченного времени, чем любое другое в истории моей компании. Кроме юридической головной боли, мне еще приходится переубеждать покупателей, что звукозаписывающие компании не будут подавать на них в суд. Это несерьёзно, ведь американские компании, такие как Apple и Microsoft, продают продукты, изменяющие формат, уже десяток лет.

Ещё один пример — пародия на песню Alicia Keys «Empire State of Mind» под названием «Newport State of Mind» (содержащая явный намёк на британский офис интеллектуальной собственности, штаб-квартира которого находится в Ньюпорте). Она породила дальнейшие пародии, одна из которых была сделана командой BBC Comic Relief. Сама по себе пародия основана на очень специфических локальных особенностях жизни в Ньюпорте, поэтому не советую её смотреть, но видимо это действительно смешно, давайте поверим специалистам и выводу который они сделали:

Юридически здравая структура не подвергалась бы насмешкам со стороны законопослушных во всём (кроме копирайта) граждан и организациями уровня BBC.

Пиратство и защита прав


Напоминаю, что все данные, приведённые в этой статье, касаются жителей Англии, и собраны британскими независимыми исследователями.

Опрос, опубликованный Consumer Focus в феврале 2010-го показал, что 73% потребителей не знают, что им позволяется копировать или записывать. Заказанный BPI интерактивный опрос Harris Interactive обнаружил, что 44% всех пользователей пиринговых сетей полагали, что своими действиями они не нарушают закон. The Strategic Advisory Board for Intellectual Property Policy (SABIP) заключил, что: «существуют серьезные основания полагать, что многие вообще не воспринимают софтверное пиратство как этическую проблему».
Неудивительно, что потребители в замешательстве. Сами концепции «собственности» и «покупки» изменяются. Музыкальные онлайн-провайдеры (и другие издатели) оперируют множеством бизнес-моделей, среди которых: бесплатное скачивание, оплачиваемое рекламой; бесплатное скачивание для небольших объемов, с оплатой для более вовлеченных или продвинутых пользователей (так называемая “freemium” модель) и различные сервисы подписки, в том числе хранилища, где потребители могут составлять «свои» библиотеки. Для стороннего наблюдателя не всегда очевидно, является ли музыкальный сервис легальным — если конечно они не решат поднять на своем корабле флаг с черепом и костями, как это сделала Пиратская Бухта.

Автор отчёта указывает, что в ответ на призыв предоставить факты они конечно получили много сообщений о потерях. В качестве примера он приводит в частности:
Этот сайт «украл» мои фотографии целиком, вместе с пометками о копирайте, и использовал их в высоком разрешении, давая возможность другим «блоггерам» последовать примеру. С тех пор, как я сделал эти фотографии в 2009-м, я пытался связаться с несколькими веб-сайтами и просил их убрать. С переменным успехом. Некоторые даже обвиняли меня в нарушении свободы самовыражения и угрожали подать в суд. В результате этих нарушений я потерял доходы и доверие своих клиентов.

Учитывая важность проблемы, можно подумать, что у нас должна быть совершенно чёткая картина объемов и динамики онлайн-пиратства, но это не так. Нет сомнений, что масштабы явления велики, но надёжных данных поразительно мало. В заявлениях о размерах нарушений недостатка нет, но за 4 месяца сбора данных для этого обзора мы не смогли найти ни одного британского отчета, данные которого были бы статистически достоверными.

Приведены результаты 20 (преимущественно британских) исследований пиратства музыки, фильмов, игр и ПО.

Профессор замечает, что измерение любого вида противозаконной деятельности представляет определённые трудности. Но в случае онлайновых нарушений копирайта есть дополнительные проблемы. Он приводит 6 причин, почему пиратство труднее измерить, чем «обычные» преступления (естественно имеется в виду некоммерческое, когда пользователи не получают никаких денег). Но среди них на первом месте несомненно главная причина, цитирую:

  • нарушение не оставляет физических следов

И правда, ну что тут сделаешь, если человек преступным образом скачал и посмотрел десятки, а то и сотни фильмов, потом их стёр, а когда его на улице спросили, занимается ли он файлообменом, сказал, что не знает, что это такое.

Большинство экспертов, с которыми говорили авторы обзора, и литература, которую они изучили, указывают на то, что, несмотря на значительные усилия, это сложно, если вообще возможно, измерить суммарное влияние (выгоды и потери) от пиратства на экономику в целом.

Тем не менее, даже если посчитать убытки от нарушений копирайта по худшему сценарию (по данным самой медиа-индустрии), они составляют менее 0.1% от всей экономической активности, как по Соединённому Королевству, так и по Европе и миру в целом.

Есть и другие вопросы, на которые мы бы хотели найти ответы: насколько плоха ситуация в Англии в сравнении с другими странами? Какова тенденция? Растет ли или уменьшается онлайн-пиратство? Мы просто не смогли дать ответа ни с какой точностью.

Далее автор переходит к анализу методов борьбы с пиратством. В качестве таких мер, как и во всём мире, используется ужесточение наказаний и пропагандистские кампании. Он отмечает, что несмотря на очень большое количество этих кампаний (исследователи насчитали 333), мало кто анализировал их результаты. Тем не менее, похоже, что уровень пиратства, особенно в развивающихся экономиках, остался столь же высоким, и что отношение потребителей к пиратству осталось амбивалентным.

Имеющиеся факты указывают на то, что больший успех в борьбе с пиратством имеют не законы и пропаганда, а появление новых бизнес-моделей. Интересны результаты опроса Harris Interactive, который проводился в 2010г для BPI Digital Music Nation. Респондентам в том числе был задан вопрос, почему они перестали пользоваться пиринговыми сетями.

  • 29% — появился более удобный платный сервис
  • 24% — это было нечестно по отношению к исполнителям и авторам
  • 23% — стали использовать бесплатные онлайн-сервисы
  • 21% — теперь слушают музыку в соцсетях
  • 16% — используют форумы или блоги
  • 13% — что уже скачали практически всё, что хотели
  • 12% — стали бояться, что их поймают
  • 12% — поняли, что пользоваться нелегальными источниками нехорошо

Профессор резюмирует главу о пиратстве следующим образом:

Некоторые правообладатели говорят, что “невозможно конкурировать с бесплатным”. Если (а исследования показывают, что скорее всего так и будет) даже более жесткие меры будут бессильны оказать существенное влияние на пиратство, конкуренция с бесплатным станет неотъемлемой особенностью ведения цифрового бизнеса.

Другие темы


Отдельные главы обзора посвящены соответственно действию законов об интеллектуальной собственности в международном контексте, областям патентного права и дизайна. Я не буду здесь рассматривать эти главы. Остановлюсь лишь на одном последнем моменте.

Профессор обращает внимание, что юридические разборки в сфере интеллектуальной собственности приняли такой размах, что гонорары юристов, занимающихся этим, стали доступны только корпорациям-гигантам.

Судебные издержки могут быть разорительными, особенно для небольших фирм. На простое дело, касающееся нарушения патента, компания может ожидать затрат около 750000 фунтов стерлингов, что в значительной мере зависит от того, кто выступает с противной стороны.

Иск о нарушении копирайта всего на 2000 фунтов стерлингов может вылиться в судебные издержки порядка 20-30 тысяч, из-за чего люди отказываются от защиты своей интеллектуальной собственности.

Заключение


В последней главе автор делает вывод, что надо определённо менять курс. Он подробнейшим образом описывает и обосновывает все свои рекомендации, но мне придётся только очень кратко их перечислить:

  • ввести «Цифровую Биржу Копирайта»;
  • проработать исключения из копирайта;
  • изменить патентную систему, чтобы она не тормозила инновации;
  • обеспечить защиту прав мелкого бизнеса;
  • реформировать управленческие структуры.

Несмотря на то, что профессор очень старался выдержать весь документ в официальном стиле, в итоговой главе проскальзывают явные нотки раздражения:

История показывает, что проведение изменений в английской системе интеллектуальной собственности в лучшем случае похоже на залатывание дыр. В 70х годах The Banks Review сетовал о недостатке фактов, подкрепляющих политику. Тридцать лет спустя the Gowers Review 2006 года указывал на то же самое. Наша ведомственная система похоже оказалась неспособной эффективно проводить политику, основанную на фактах. С увеличением давления технологий на систему копирайта, эта неспособность к органичной адаптации вылилась в бурный поток обзоров: the Creative Economy Programme в 2007, the Digital Britain Review в 2008-09, и the Government’s Copyright Strategy в 2009. И теперь этот обзор. Несмотря на всю эту активность, многие, если не большинство рекомендаций по изменениям, остаются пылиться в ящике с пометкой «слишком сложно».

Невозможно избежать вывода, что политика Англии по отношению к интеллектуальной собственности на протяжении всех последних лет остаётся глубоко неправильной. Все вышесказанное имеет смысл только после того, как обстановка в этой области будет оздоровлена. Дело в том, что на этом поле играют сильные дивергентные интересы и одни из самых искусных и влиятельных лоббистов на Британской политической сцене. Ярчайшим примером проблемы лоббирования является постоянное продление сроков копирайта.

Реакция на отчет


Что же сделало английское правительство? В сентябре 2011г, через 4 месяца после того, как отчет Hargreaves лег им на стол, они стали пробивать увеличение срока в европейском совете министров, и добились его принятия.

Но не всё так плохо. Оказалось, к мнению британских учёных они тоже прислушиваются! Первой рекомендацией в списке было создание цифровой биржи копирайта. В ноябре 2012 года правительством был назначен ответственный за изучение возможности разработки такой системы. В июле 2012 он опубликовал отчёт, в котором рекомендовалось создание Британского копирайт-хаба. В марте 2013-го правительство выделило 150 тысяч фунтов стерлингов на его финансирование.

Предварительную информацию и часто задаваемые вопросы уже сейчас можно прочитать на сайте хаба. Первая действующая версия должна заработать в июле и будет включать:

  • реестр работ, прав и лицензий;
  • цифровую биржу, позволяющую продавать и покупать лицензии в онлайне;
  • поиск по базе данных для определения работ — сирот;
  • информационный портал о копирайте.

Предполагается, что сначала участие в хабе будет добровольным (уже заявлено 12 организаций). Затем будут предприняты шаги, чтобы заставить всех остальных английских правообладателей присоединиться. А затем планируется расширение системы на весь мир.
@ID_Daemon
карма
344,0
рейтинг 0,0
Реклама помогает поддерживать и развивать наши сервисы

Подробнее
Реклама

Самое читаемое Администрирование

Комментарии (62)

  • +11
    Рецепт охраны прав на произведение прост. Не хочешь, чтобы его украли — не публикуй.
    • +9
      Не хочешь чтобы украли — опубликуй под открытой лицензией.
      Хочешь закрыть — борись с рисками.
      • +13
        Что значит — «борись с рисками»? Бороться можно с противником, проблемами, урожаем. Риски можно учитывать, оценивать, минимизировать.

        Публикация произведения с намерением защиты прав на него — это нарушение прав других людей на создание такого же произведения. Если вы первым поняли, что 2х2=4, ваше имя впишут в анналы истории, и это правильно. Но если вы при этом начинаете требовать лицензионных отчислений со всех, кто использует ваше открытие, то этим вы имплицитно предполагаете, что они не смогут в силу слабости ума дойти до этого открытия сами, и, что еще хуже, облагаете налогом тех, кто все-таки, вопреки вашим предположением, это сделал.
        • –4
          А если вы потратили на это открытие кучу сил, времени и денег, а потом кто-то заявляет, что самостоятельно открыл (разработал, написал и т.п.) то же самое, что вы предлагаете сделать?

          Эта проблема нерешаема до появления средств объективных сканирования сознания ;-) да и тогда эти механизмы кто-нибудь начнет обходить.
          • +8
            Выход всегда есть.
            1. Берегите открытие как зеницу ока (NDA, коммерческая тайна, служба безопасности, суд). 2. Извлекайте выгоду из открытия как можно быстрее (гибкие производственные линии, отлаженные каналы сбыта). 3. Уменьшайте расходы на открытие (исследовательские консорциумы, энтузиасты).

            Следование этим рецептам не только оздоровит экономику (изгнав с ее тела патентных троллей и ускорив экономический рост), но и избавит очень многих людей от совершенно лишних в данном случае мук совести.
            • –1
              В том числе из-за этого «выхода», как вы говорите, подавляющее количество корпораций закрывает лаборатории, занимающиеся фундаментальными исследованиями. Когда царит исключительно прагматический сиюминутный подход (вы сами сказали — сократить расходы на исследования, а расходы на фундаментальные исследование не приносят прямой прибыли немедленно, и они очень велики), будущего нет. Кстати, я боюсь, что мы это пожнём еще до окончания нынешнего столетия, если не будет решен вопрос (не копирайтный, конечно, а с фундаментальными исследованиями) или если не начнется очередная холодная война (чего не хотелось бы). Но это я несколько в сторону ушел.

              Возвращаясь к вопросу, хочу сказать, что п. 2 и 3 нереальны без других средств, потому что первый же экземпляр продукта, купленный на рынке, будет исследован, и его скопируют в минимальные сроки. К тому же это легко говорится, но сложно делается. А пункт 3 вообще в некоторых случаях малореален.

              А вообще, вернемся к вашему высказыванию:
              Публикация произведения с намерением защиты прав на него — это нарушение прав других людей на создание такого же произведения

              Это ведь явно противоречит вашему последнему тезису из п. 1. Так мы этим ущемляем чужие права или не ущемляем? И что важнее — ущемлять чужие права или защитить свои?
              • 0
                Я не вижу противоречия (даже в очках).
                Заключение двумя сторонами (к примеру, работником и корпорацией) Договора о неразглашении не является публикацией. Договор затрагивает только подписантов. Права третьих лиц не затрагиваются.
                Публикация произведения с намерением защиты прав на него ущемляет права третьих лиц без их согласия на то.

                Сейчас действет принцип «победитель забирает все». Десять исследовательских лабораторий работают над, допустим, препаратом «Панацеиум». В каждой лаборатории работает 20 ученых и лаборантов. Затраты всех лабораторий в среднем составили 20 млн. у.е. (уж простите...). Лабратория, которая в конечном итоге запатентовала формулу «Панацеиум» потратила 30 млн. у.е. Общий бюджет открытия составил 200 млн. у.е. Если бы заинтересованные стороны объединились в исследовательский консорциум, то общий бюджет открытия сократился бы до, предположим, 40 млн. у.е. (из-за трансакционных издержек). Высвободившиеся средства (в нашем примере — 160 млн. у.е.) можно было бы направить на исследование «Гармония», и еще на «Халявий» хватило бы. Согласитесь, это эффективнее.
                • 0
                  Публикация произведения — это выпуск продукта на рынок. Никто в здравом уме не выпускает товар на рынок с целью его защиты, выпуск делается с целью получения прибыли. Прибыль можно получать разными способами: выпустив товар для конечного потребителя, либо продавая технологию производства этого товара. И другая сторона, не имея средств и, самое главное, времени на разработку технологии, может её приобрести, добавить собственную или так же лицензированную на стороне технологию продаж и получать прибыль уже здесь и сейчас. А вот защита прав на него является способом эту самую прибыль сохранить.

                  Как абсолютно корректно заметил VolCh, если вы докажете, что получили решение независимо, вы сможете доказать свои права на него, абсолютно равные с первым изобретателем. Но увы, процесс этот практически невозможный, на мой взгляд.

                  Насчет же пересечения исследований… это отдельный и так же непростой вопрос. С одной стороны, сокращение издержек полезно компаниям, тут вы правы. С другой стороны, если я лично захочу на равных поучаствовать в изобретении чего-либо, куда меня пошлют крупные корпорации? Ведь я не смогу вкладывать равные с ними бюджеты. Ну, и с третьей стороны: а для чего корпорации делиться прибылью? Вот потратит она свои 30 миллионов, а заработает, например, 230. 200 миллионов чистой прибыли. А если в консорциуме будет 10 членов? Потратит она 4 миллиона (с учетом вашего допущения), а заработает 20. Причем я не думаю, что это будет компенсировано количеством открытий — емкость рынка-то конечна. Я утрирую, само собой, в некоторых областях сотрудничество ведется, но, опять же, чем масштабнее исследовательская сеть, тем выше административные (трансакционные) издержки.

                  P.S. Не уверен в безусловной правильности последнего примера, но мой засыпающий мозг сейчас не готов придумать ничего более выразительного.
                  • 0
                    Вы правы в том, что ваш пример не верен, поскольку в нем не учитывается, во-первых, риск (а большинство корпораций относятся к «избегателям риска»), а во-вторых, возможности, которые открывают исследовательские консорциумы для извлечения дополнительной прибыли. Утрируя, 200 млн. без риска поделятся на 10 участников, требуя с них по 4 млн. инвестиций. То есть каждая корпорация без риска (sic!) получит 16 млн. у.е. прибыли. Те же 16 млн. у.е., которые, в среднем, каждая корпорация сэкономила, не начиная исследования в одиночку, она может отправить на другие столь же прибыльные проекты.

                    Что касается участия мелких инвесторов, то им никто не мешает приобретать/продавать акции соответствующих компаний на фондовом рынке. Более того, исследовательские консорциумы и сами могут выходить на фондовый рынок, размещая свои ценные бумаги.
                    • 0
                      Риск всегда заложен в норме прибыли. Поэтому разделение ответственности — это не снижение риска проекта в целом, это исключительно снижение собственного риска со снижение собственной доходности. Причем снижение доходности совсем не обязательно будет соответствовать степени снижения риска (потому что добавляются накладные расходы).

                      А что же до мелких инвесторов, я не дописал свой тезис. Если я (как мелкий бизнес) занимаюсь исследованиями в этом же направлении, то через какое-то время даже со своими слабыми ресурсами я смогу теоретически достичь тех же результатов, что и крупная корпорация (правда, времени будет потрачено существенно больше). При этом, даже если мне это удастся раньше — допустим, из-за грамотного привлечения ученых со стороны или моего собственного интеллекта или потому, что корпорации не смогли оценить соответствующий сегмент — согласно вашей позиции, как только я выдал результат на рынок, я должен потерять всякие права на него (ну, чтобы не ущемлять права других). Но как же мои права? Я потратил силы, знания, время, деньги, в конце концов. Почему кто угодно должен иметь право пользоваться результатами моего труда? И ведь при этом у меня, как у мелкого бизнеса, нет столько ресурсов, чтобы защищать себя в судах и прочее.

                      Я считаю — и, к моему огромному сожалению, это невозможно в обозримой перспективе, — что продукция интеллектуального труда может и станет бесплатной только тогда, когда таковой станет продукция материальная. Правда, прогресс в этом случае может встать на месте. Как только мышцы и мозги покрываются жирком, движения и мысли замедляются.
                      • 0
                        (правда, времени будет потрачено существенно больше).

                        Ложна посылка. Имхо, это как брутфорс пароля — метод проб и ошибок. Малый бизнес вполне способен (случайно, из-за интуиции или из-за гениальности — не суть) «подобрать» искомое сочетание параметров быстрее чем большой. Но на самом деле не суть.
                        продукция интеллектуального труда может и станет бесплатной только тогда, когда таковой станет продукция материальная.

                        Полностью согласен. Коммунизм невозможен частично, из-за того-то СССР и не смог его построить. :)

                        P/S/ хотя есть вариант, что материальная продукция останется платной, а интеллектуальная исчезнет.
                        • 0
                          Не соглашусь, честно говоря, с вашим мнением касательно ложности посылки. В отдельных случаях малый бизнес способен сделать что-то быстрее, но если рассматривать общую картину, увы — только крупные корпорации, у которых есть большие финансовые подушки безопасности, могут вкладывать средства в длительные проекты исследований. Правда, еще вариант правительства и заказов типа тех, что размещает DARPA или NASA. В этом случае малый бизнес вполне может участвовать на равных с крупным (хотя часто из-за накопленного багажа крупные корпорации имеют некоторые преимущества и тут). Но «их» малый бизнес и наш малый бизнес — это, как говорится, две большие разницы.

                          Offtopic: в свое время с удивлением узнал от представителя, что IBM относит РЖД к сегменту SMB :)

                          Что касается P.S. — продукция интеллектуального труда может исчезнуть, если мы откатимся снова в прошлую эру или в начало средних веков. Да и то, цеховые правила как раз защищали интеллектуальную собственность :)
                          • 0
                            Именно потому, что есть отдельные случаи, общая посылка неправомерна. Курпные корпорации могут вкладывать средства в обычный бруифорс, а малый бизнес может надеяться лишь только на социальную инженерию интуицию :)

                            P.S. МЫ, имхо, не можем откатиться даже до 80-х -стагнировать можем, но отката без резкой смены социально-экономической формации не представляю.
                            • 0
                              Под откатом я не подразумевал управляемый процесс, конечно — исключительно регресс и деградацию.

                              Что же касается брутфорса… боюсь, во многих направлениях мы получаем прогресс именно благодаря банальному перебору, в том числе благодаря качествам новых изобретений (скажем, материалов), о которых изобретатели даже не задумывались и не искали в тот момент. Поэтому одно дело — искать конкретную вещь целенаправленно. А другое — искать «хоть что-то» или искать одну вещь, но найти совершенно другую.
                      • 0
                        Про риск проекта мы в данном случае даже не говорили. Кажется, это вы представили величину прибыли по проекту в 200 млн. у.е. Я просто подсчитал инвестиции (4 млн. у.е., уже с учетом трансакционных издержек) и прибыль (16 млн. у.е.) каждой из сторон. И указал на экономию (16 млн. у.е.) каждой из сторон от участия в исследовательском консорциуме, которую можно отправить на другие проекты.

                        Связь прибыли с риском в случае реального сектора экономики — это распространенное заблуждение. Как вы наверняка знаете, экономисты почти всегда делают в своих изысканиях оговорки «при прочих равных условиях», «в ситуации совершенной конкуренции», «при отсутствии барьеров на вход». И это неспроста. В реальной экономике чаще всего встречается ситуация олигополии с ограниченными возможностями участия для экономических агентов со стороны. И прибыль олигополистов зависит не от рисков, а от соотношения их сил и выбранных тактик ценообразования, не говоря уже о базовых вещах — издержках производства и сбыта и соотношении спроса и предложения.

                        Что касается мелких инвестиций в исследования, то позвольте вопрос, зачем вам заниматься ими, если вы заранее знаете, что не сможете извлечь из них прибыль в процессе производства? Именно защита прав на интеллектуальную собственность после опубликования и породила явление патентных троллей. Ну вы же не один из них, я надеюсь?

                        Выпуск продукта на рынок — это не опубликование способа его производства и использованных технических решений с запретом остальным их свободно использовать. Если скопировать то, что вы выпустили просто, то значит тут нечего было охранять. Если сложно, то вряд ли копия сравнится с оригиналом. Насколько по-вашему легко провести обратный инжиниринг новых микропроцессоров? Не труднее ли, чем разработать их с нуля? И прежде, чем вы ответите сами себе на этот вопрос, вспомните, что в СССР уже пытались пойти по этому пути.
                        • 0
                          Так вот соотношения сил и тактик, возможности производства и поставщиков, реакция рынка на предложение — это всё и является рисками в реальном секторе экономики.
                          Я не понимаю вашу риторику. Вы считаете, что предприятия не оценивают сложность возврата и преумножения своих инвестиций? Или вы хотите сказать, что вероятность потери инвестиций называется не риском?

                          Что же касается исследований: у меня может быть достаточно ресурсов (например, интеллектуальных), чтобы что-то изобрести, но недостаточно (например, материальных), чтобы запустить это в массовое производство. И это нормальная экономическая ситуация, называется специализацией, или разделением труда, если хотите.

                          Производство же продукции может быть абсолютно нетехнологичным и ненаукоемкимким. В медицинских препаратах зачастую основным является правильное вещество и верная дозировка, а производить потом эти таблетки можно хоть в школьной лаборатории. И изучить состав не представляет особой сложности. Только вот сколько средств нужно до этого, чтобы сначала подобрать вещество, потом дозировку, потом провести испытания на животных, потом — клинические на людях. Это годы, если не десятки лет.
                          Но даже если мы возьмем технологические вещи: да, я думаю, вы прекрасно знаете, что все компании, занимающиеся выпуском процессоров, проводят исследования продукции конкурентов. В общем-то, они даже не стесняются об этом говорить. О том, как именно это делается, пробегали статьи и на Хабре. Всегда полезно быть в курсе направления движения мысли конкурента. И если будет возможность воспользоваться этой мыслью без последствий — будут очень многие этим пользоваться. Скажем, технологически производственная линия подразделения микропроцессоров Intel мало отличается от таковой же в AMD. А для многих компаний вообще не отличается — потому что производство вынесено на аутсорсинг! У них внутри компании — только исследовательский отдел. Всё остальное делается внешним производителем. Как думаете, если не будет юридических запретов, долго ли будет договориться о том, чтобы на той же самой линии производить то же самое? Особенно учитывая, что вся производственная документация у реального производителя уже есть — он же производит для первого изобретателя?

                          Кстати, пример СССР тут не очень корректен. Во-первых, потому что СССР не конкурировал напрямую, скажем, в реализации продукции, которую копировал. Если бы была прямая конкуренция, СССР бы быстро сдулся. Однако эта продукция использовалась как база для конкуренции в других вещах, нематериальных, типа уровеня жизни и комфорта населения, оборонных технологий и прочего. Кроме того, там была политика продолжительного копирования. В реальных рыночных условиях продолжительно копировать что-то невозможно, потому что погибают в результате и источник новых технологий, и паразит: первый просто потому, что у него исчезают ресурсы, которые он может вложить в изобретения, а второй — потому что нечего больше копировать, а собственных возможностей изобрести что-то новое у него нет.
                          Но феномен предельных компаний ведь имеет место и на нынешнем рынке. Стоит появиться новой какой-то рыночной нише, как в ней сразу же появляются подражатели, которые берут в лизинг оборудование и начинают выпуск соответствующей продукции. Так как они не планируют долгосрочной работы в данном направлении, у них минимум капитальных затрат. Пока маржинальность высока, а конкурентов мало, они отжимают у первопроходцев ту долю рынка и прибылей, которые могут собрать, а через год-два-три, когда там появляются уже серьезные игроки с серьезным производством, когда ниша становится насыщена и прибыли минимальны, просто уходят из этого направления. Они собрали сливки, заработали свои сверхденьги (с учетом вложений), а дальше — хоть трава не расти. Реальный пример: производство тортов типа «Девять островов» и прочей кондитерки подобной.

                          Вообще, посмотрите внимательнее на проблему. Вы берете и рубите с плеча, обобщая проблему. Но в вашем обобщении много частностей. Нельзя на них внимание не обращать.
                  • 0
                    Справедливости ради, стоит отметить, что отсутствие жесткой конкуренции и «гона» может несколько отодвигать сроки открытий в исследовательских консорциумах. Что можно, в какой-то мере, компенсировать увеличением ресурсов (капитальных и людских).
          • 0
            «а если вы потратили на это… кучу сил, времени и денег, а потом кто-то… то же самое» — ха!

            «Эта проблема нерешаема», — да что вы говорите? Нерешаема? Ну, да, нерешаема т.к. не проблема и решению не подлежит.

            Это очень напоминает как в прошлую пятницу я неправильно и хардкорно решал проблему одного программера. Так получилось, что тот программист (ПР) почти две недели писал небольшую фичу, рефакторил код (реальный говнокод) и в результате пролетели все дедлайны, фича есть, но код порушен, потрачено немеряно усилий, но, главное — осталось только откатиться в самое начало на 2 недели и все делать с самого начала. Меня попросили решить проблему. А я в отпуске и потому решал просто: откатился и все написал сам за 2-3 часа просто оставив старый код и поверх него примостив костыль который решал тот вопрос и добавлял новую функциональность. Я даже тесты написал ))) Да, это неправильно. Надо было поговорить с тем ПР, прийти с ним вместе к выводу, что в сроки ну никак не получается вписаться правильно и подать идею как писать костыль, проконтролировать его, поправить если что — но у меня не было лишнего времени… Так к чему это я? А к тому, что усилий я потратил ну… 2% от того, что потратил он. Денег я тоже за свои 3 часа получил точно больше чем он за 2 недели (а похоже, что он и того не получил т.к. все по сдельной схеме), а если учесть, что это работа в отпуске, за эту работу в конце месяца я, скорее всего, увижу что-то типа Х*2.5…

            И получается, что мои минимальные усилия намного долее ценны чем горомные, титанические усилия того другого человека. Это правильно?

            Так вот, все это правильно и не играет роли сколько усилий кто потратил. Вожно кто получил результат. И как получил. Тот ПР мог бы еще месяц тратить свои силы — это все не играет роли. Усилия учитываются только после того как результат их приложения (продукт) продан. И даже не так: не усилия учитываются, а в цене продукта учитываются потраченные усилия, но количество и качество усилий никак не коррелирует не только с ценой продукта, но и конечной прибылью.
            • 0
              Вы, кажется, не поняли посыла. Вы провели работу, получили какой-то результат, потом пришло другое лицо, взяло результаты вашей работы и не делая ничего заявило, что оно само получило этот результат. Ваши действия в этой ситуации?
              • 0
                Если я «провел работу, получил какой-то результат», то после этого я и оплату труда получил. И то, что «потом пришло другое лицо, взяло результаты вашей работы и не делая ничего заявило, что оно само получило этот результат», — меня это не касается. Да, то «другое лицо» получило тот же результат потратив, ну, скажем, на 99% меньше усилий. Да. Ну и что?

                Тут может быть вопрос только в ситуации когда я что-то делал, имел договор, что получу прибыль полюбому вне зависимости от результата, а меня кинули т.к. по окончании работы мои достижения присвоил себе кто-то другой, а я получил ничего. Вообще ничего. Тут, конечно, возникают вопросы.

                А вообще же, я работаю в сфере аутсорса, получаю проект (или часть проекта), организовываю процесс, в общем, выполняю обычные функции менеджера, передаю кусочки работы ребятам на Филиппины, контролирую их работу. Реальную работы выполняют они. И они получают за это… ну, скажем, Х тогда как я уже получаю 10Х (утрируя, конечно). А потом я результаты своего труда отдаю ребятам в US и там они, потратив на всю разработку на 99% меньше усилий, получают в конце-концов 10Х денежек по отношению ко мне… Как раз и получается, что я провел работы, получил какой-то результат (получил какие-то достаточно небольшие деньги), потом другое лицо, взяло результаты моей работы и не делая почти ничего заявляет, что оно само получило этот результат. И они вполне правы. Это их заказ, Это их результат.

                Т.ч. я понял посыл. И различными способами пытаюсь сказать, что количество усилий ну никак не корреллирует не только с полученными результатами, но тем более с прибылью. Как предполагаемой так и реальной.

                Это все я говорю к тому, что в фразе: «если вы потратили на это открытие кучу сил, времени и денег, а потом кто-то заявляет» — в этом случае абсолютно не играет кто и сколько сил на что потратил.

                «если вы потратили… кто-то заявляет, что самостоятельно открыл (разработал, написал и т.п.) то же самое, что вы предлагаете сделать?», — если есть 100% уверенность, что никто такого не мог сделать без ваших трат и тех.процесса, то можно и поспорить. Но есть очень большой шанс, что вам покажут, что ваши траты столь высоки потому что ваш тех.процесс гавно, а сама идея лежала настолько на поверхности, что re-invention там практически был неизбежен
                • +1
                  Так как вы и в этот раз не поняли и направились в совершенно другую область, примеряя всё на себя лично и упоминая работу с какими-то договорами, то попытаюсь объяснить еще раз, последний. Попытаюсь даже ваши любимые договоры в объяснение вставить.

                  Словарь терминов:
                  Работа — физический (механический) или интеллектуальный (умственный) труд.
                  Результат работы — материальный предмет в случае физического работы или результат интеллектуальной работы любого вида (книга, видеофильм, музыкальная дорожка, программный продукт, формула лекарственного препарата, чертеж и т.д.). Деньги НЕ являются результатом работы.
                  Затраты на работу — любые временные, материальные, морально-психологические и прочие вложения, которыми пришлось пожертвовать или которые пришлось вложить, выполняя работу ради достижения результата работы.
                  Компенсация за работу — блага, получаемые в обмен на результаты работы. Предполагается, что блага должны как минимум компенсировать затраты на работу.

                  Так вот, предположим, что общество (социум, в лице своих представителей) заключает с вами договор о том, что вы выполняете работу, результатом которой будет некий интеллектуальный продукт, который должен доставить эстетическое удовольствие одному миллиону человек. При этом общество гарантирует, что люди компенсируют вашу работу в случае в индивидуальном порядке и в течение времени (т.е. каждый из этого миллиона компенсирует вам свою часть), если кто-то другой не предложит менее затратный способ удовлетворения эстетической потребности этого миллиона. Вы соглашаетесь и начинаете работу. Она занимает у вас, допустим, год. В течение этого года вы питаетесь тем, что покупаете на занятые у родственников деньги, случается разное, но вы всё-таки получаете результат работы. Подумав, вы решаете, что этот год работы, занятые у родственников деньги (причем деньги они вам давали с трудом) и то «разное», что за этот год случилось (т.е. временные, материальные и прочие затраты) стоят, скажем, $10 000 000, причем только на проживание вы заняли у родственников $4 000 000. Т.е. каждый из миллиона должен компенсировать вашу работу в размере $10. Вы начинаете передавать результаты вашей работы первым пользователям из означенного миллиона, а они передают вам свою часть компенсации. Но после того, как эстетическое удовольствие получили 10 000 человек, кто-то внезапно предлагает оставшимся 990 000 человек продукт, по всем своим качествам идентичный вашему — т.е. отличить от вашего его невозможно вообще никаким образом — при этом он утверждает, что это результат его собственного труда. И предлагает он его по $2 с человека.

                  Каковы ваши действия будут в данном случае и в дальнейшем?
                  • 0
                    В данном, вот именно в данном случае мои действия будут никакие. Да. Вот просто так.

                    Те 100К будут компенсацией, а 9900К уйдут в невозвратные потери.

                    Тут приведен пример очень неверного прогнозирования. Если продукт «отличить от вашего его невозможно вообще никаким образом» то в чем тогда вопрос? Надо было как бы предполагать, что где-то на первых 10К человек появится конкурент с ценой в пять раз меньше. Соответственно, сразу ставить цену выше, чтобы прибылью перекрыть те потери. А потом уже тоже переходить на цены в 2 бакса.

                    Ну пример же очень и очень странный, прямо улыбку вызывает ))) Типа кто-то расчитывает, что производимый продукт ну вот вообще никто не сможет самостоятельно сделать. Я даже не знаю, что в нашем мире невозможно воспроизвести… хотя бы что сложно воспроизвести.
                    • +1
                      Вопрос в том, что у вас с 99% вероятностью этот продукт украли. И продавая продукт по 2 бакса, вы не перекроете даже свои затраты. А по большей цене у вас этот продукт не будут покупать — чтобы перекрыть хотя бы затраты, распределив их на первые 10 000 человек, продавать ваш продукт придется по цене в $400.

                      А с прогнозированием это вы слишком хорошо относитесь к классической маркетинговой теории Филиппа Котлера. Которую, кстати, современные маркетологи подвергают сомнению. По вашему, музыканты или писатели серьезно прогнозируют рынок, когда пишут свои продукты? А скопировать музыкальную дорожку или книгу труда не представляет вообще никакого. Давайте раскроем пример: вы написали книгу, начали её продавать, а кто-то взял и выпустил свой тираж вашей книги. У него нет ваших затрат, он потратился только на самую дешевую типографию. Поэтому из $2 у него $1.5 чистой прибыли. А у вас — минимум $2 убытка — это если вы сообразите сами продавать по $2, чтобы хотя бы что-то компенсировать. Причем приведенный убыток — минимальный, он не учитывает то, что в реальном мире придется возвращать инвесторам (родственникам) процент по их инвестициям, что необходимо компенсировать нематериальные затраты, а часть денег пустить на развитие и новые проекты. А, ну, и еще заработать хоть что-то хотелось бы, иначе смысл во всех телодвижениях?

                      А вот в последнем абзаце вы почти пришли туда, куда я вас вёл. Доскажу то, что осталось за рамками. Воспроизвести (т.е. скопировать так или иначе) в современном мире можно почти всё, что угодно; думаю, процентов девяносто продуктов, как материальных, так и интеллектуальных. И единственный способ на текущий момент защитить их от ситуации, приведенной в моём примере (а она, кстати, в моделируемой вселенной вполне реальна и даже обычна, я бы сказал) — это административные и\или юридические запреты.

                      Я бы очень хотел, чтобы не нужны были законы, чтобы сознательности людей было достаточно для отсутствия подобных проблем. Но с таким же успехом я мог бы мечтать о рае на Земле :-)
        • 0
          Очевидно, по-моему, что имелось ввиду минимизация рисков (например, путем DRM) и борьба с нарушителями.

          А вот тут вы не правы. Копирайт (в отличии от, например, патентов) не запрещает создавать такое же произведение, он запрещает копирование и другое подобное использование. Другое дело, что придется доказывать, что ты создал свое произведение независимо и на деле это будет непросто. Ну и по крайней мере в России, вы можете создать произведение, состоящее из «2х2=4» и можете запретить его копировать (вернее оно по умолчанию запрещено), но не можете запретить ни использование этого факта, ни доведение его до людей в другой форме.
          • +3
            Давайте будем честными. Доказать, что произведение было создано независимо, — даже в мысленном эксперименте нереально :)
            • 0
              В некоторых случаях нереально, в некоторых очень сложно, в некоторых просто. Большинство, конечно, первое, ну и второе.
              • +3
                Я довольно далек от судебной практики и лишь поэтому, возможно, не только не слышал об этих «простых» делах, но и не могу их даже себе представить.

                Ситуация с охраной прав на интеллектуальную собственность напоминает шахматную партию между владельцами прав (пусть это будут «белые») и обществом (соответственно, «черные»). Партия досталась нам от далеких предков. Большинство черных фигур уже покинуло доску. Черным объявлен шах и до мата рукой подать. Чтобы не упустить удачу, белые по собственной прихоти уменьшают лимит времени черным и увеличивают свой ( = сроки действия прав). Какие-то фигуры черных убирают с доски под предлогом нарушения правил, которые легко, по желанию белых меняются ( = аресты и судебные преследования идейных противников копирайта). В этой ситуации черным приходится выкручиваться, жертвовать фигуры, выдумывать гениальные 20-тиходовки, лишь бы отсрочить неизбежный проигрыш (бесконечный срок действия прав, копирайтная подать).

                А давайте начнем партию сначала. Почему на нашу жизнь должны влиять не только лоббисты (с этим все уже смирились), но еще и «лоббисты из прошлого»? В конечно итоге, вся наша жизнь держится на общественном договоре. Как общество решит, так и будет.
                • +1
                  Допустим, вы 20 лет назад написали стих и опубликовали его в местной газете, у вас остались вырезка и как-то перебирая свой архив на неё натолкнулись и опубликовали в блоге за что получили иск от человека, который написал аналогичное стихотворение 10 лет назад и сразу же опубликовал бв блоге (или на форуме). Думаете вам сложно будет доказать, что вы написали свое независимо?
                  • +1
                    Мне — нет. Я позаимствовал это стихотворение у второго человека. Он написал его 30 лет назад. Зачитал его на моем дне рождения, а потом напился до чертиков, упал, потерял сознание, а заодно и память. Пришел в себя 10 лет назад и сразу опубликовал свой стих.
                    А я подал на него в суд. Я — молодец? Какие перспективы у него отбиться?

                    Но согласен, пример вы привели. Благодарю.
                  • +1
                    Все-таки вопрос защиты прав на интеллектуальную собственность — это в некотором роде вопрос веры. Именно поэтому предложение вообще отменить охрану этих прав многим кажется кощунственным. Но также смотрели на отмену местничества и крепостного права в России, введение Кодекса Наполеона в феодальной Европе, отмену рабства в США. История не терпит пережитков, и если они сами не отмирают, то сметает их при первой же возможности. Подождем, когда будущее станет историей.
                    • 0
                      В какой-то мере да. Юридические права вообще абстракция по сути в реальности не существующая. Даже права на жизнь в ней не существует. Есть возможность: сумел ей воспользоваться более-менее полноценно — молодец, не сумел — пусть повезет другому.
                      • –1
                        Ну, ведь любое право, кроме права сильного, не существует в реальности. Это же касается и частного права.
                        • 0
                          Даже права сильного не существует в реальности. Я могу быть слабый, но быстрый :)

                          • 0
                            Это просто другой вид силы.
                            На протяжении всей истории человечество стремилось к справедливости, но на деле менялся только вид той силы, которая рулит в обществе.
                            «Бог создал всех людей разными, а полковник Кольт уравнял их». Но уравнял ли? Просто господство физической силы сменилось торжеством стрелкового умения. Крутой ковбой, который врывается в салун, всё там разносит и творит что хочет — разве это не полный эквивалент здоровенного мужика с дубиной из первобытного мира?
                            Потом начались разговоры о правах человека, развилась судебная система. Но ничего не изменилось: немного же шансов у человека, который до сих пор ни разу не судился, победить опытного сутяжника. Любитель подавать в суд по любому поводу может спокойно терроризировать всю округу. В принципе, ему даже не надо выигрывать — судебная система оформлена в стиле жесточайшей психологической пытки, далеко не каждый может выдержать 5-6 исков подряд, большинство ломается куда раньше.
                            Даже при советской власти рулила сила, правда особого рода. Вот тов. проф. Выбегалло А.А., разве это не точный эквивалент крутого ковбоя-беспредельщика, на которого нет никакой управы?
                            И так в любом обществе.
                          • 0
                            Слишком буквальное понимание «силы». Кто-то может быть слабым и медленным, но более предусмотрительным, коварным, скрытным, харизматичным — нападёт из-за угла, из толпы, или сам соберёт толпу и возглавит её, или вотрётся в доверие главарю толпы и подставит неугодного.

                            Так в жизни обычно и происходит. Сила, как правило, ныне заключается в весьма сложных социальных системах, устойчивых на протяжении десятилетий, если не веков, и в умении пользоваться этими механизмами. Более того, по настоящему влиятельные люди строят свою систему в общей системе, частный механизм для управления глобальным механизмом. Высший пилотаж, конечно же — приватизировать/возглавить большую часть глобального механизма.

                            Возвращаясь к теме права — копирайт может быть частью такого механизма. Умозрительные вещи они такие — реально существуют только для тех, у кого хватает ума их узреть. :) Менее развитые члены общества воспринимают реальность через боль от полицейской дубинки. И искренне считают, что миром управляет грубая сила.
                          • 0
                            Как тут уже сказали, это частность. Так или иначе, если у вас есть преимущество, которым вы можете воспользоваться — это сила. Задача демократического государства — следить за тем, чтобы свою долю возможностей получили те, у кого силы нет или она ограничена.
                      • 0
                        Более того, без защиты государства подавляющее число держателей частной собственности потеряло бы свою собственность очень быстро.
                        • 0
                          Полностью согласен с одной стороны, но с другой скорее всего бы опять возник общественный институт охраны права собственности — в нём заинтересован почти каждый созидающий что-то в реалиях далеких от коммунизма. Собственно, имхо, государство — это институт защиты частной собственности прежде всего. Даже советская власть была вынуждена пойти на существование института личной собственности, потому что ради общества в целом никто практически работать не хотел, многие предпочитали сдохнуть от голода, но не получать «прожиточный минимум» (который быстро сокращался исходя не из потребностей, а из возможностей тех, кто на это всеё же согласился).
                          • 0
                            Ну, я, честно говоря, синонимизирую тут понятия массовой охраны частной собственности и государство. А вот интересно, возможен ли подобный институт без обязательных (только добровольных) денежных отчислений? Если убрать налоги, останется ли что-то от государства как такового?
                          • 0
                            Да. Этот механизм в неоинституциональной экономике называют «стационарный бандит» :)
                    • 0
                      А почему бы не отменить тогда и право на частную собственность? В чем принципиальное отличие, по вашему? Способ воспроизведения — это не принципиальное отличие, на мой взгляд. Как только будет изобретен дубликтор, а рано или поздно это случится, я уверен, продукты физического труда можно будет воспроизводить точно так же.

                      Я всё-таки хочу понять одно — какие вы предлагаете способы мотивировать людей на появление нового? Мы почти вышли из эры, когда возможностей одного человека хватало на получение результатов, открытий, изобретений во многих областях. Сейчас для этого нужны громадные лаборатории, эксперименты, весомые средства. Если не будет гарантии возврата этих инвестиций, ни одна компания не вложит деньги. Вы же помните, что сами говорили выше? Риски возрастут настолько, что даже 1 миллион никто не вложит — потому что прибыль гарантирована не будет. Корпорация провела исследования, получила изобретение, начинает его экплуатировать, и, конечно, закладывает в себестоимость R&D. А тут я такой нарисовался, быстренько провел реверс инжиниринг и начал клепать полную копию, но за существенно меньшие деньги.
                      • 0
                        какие вы предлагаете способы мотивировать людей на появление нового?

                        Способов могу предложить множество. Но необходимо отсутствие института личной собственности или, хотя бы, её наследования. В общем необходим институт признания исключительно личных заслуг полезности для общества.
                        • 0
                          Честно говоря, мне такой вариант кажется довольно утопичным. А как же значительная часть общества, которая не привносит значительного вклада, но, тем не менее, либо делала это в прошлом, либо просто не способна на это в силу социальных, экономических или даже психофизиологических причин?
                          • 0
                            Если делал в прошлом, то будет пользоваться вознаграждением за прошлые заслуги (грубо говоря, аналог ПФР, для тех кто не догадался из миллиона за стартап на старость отложить). Если не способен в принципе, то общество поможет (аналог ФСС), а если не хочет из принципа, то пускай натуральное хозяйство заводит, если хочется жить. Можно, конечно, минимальный уровень потребления за счет общества поддерживать, но не уверен, что стоит.

                            Заметьте, что я даже не «возникаю» против института дарения, только против института наследства — успел при жизни детям или ещё кому подарить свое имущество — твое право (правда могут быть неприятные сюрпризы), а не успел — уходит в фонд обеспечения тех же немощных.
                            • 0
                              Почему? Человек работает в том числе для того, чтобы его наследники не знали проблем. В чем смысл оставить возможность дарения, но исключить наследование? Вообще, imho, весь институт брака был создан для того, чтобы обеспечить возможность передать материальные ценности потомству и матери, причем именно своему потомству, а мать при этом защищена от неожиданностей.
                        • 0
                          Может с этого и начинать. Если есть частная собственность то нужно и авторское право. Иначе говорят отменять авторское право без отмены частной собственности смысла нет. Вопрос же частной собственности наверное выходит за рамки хабра.
                      • 0
                        Вы, возможно, меня не совсем правильно поняли. Поэтому я объясню немного другими словами.

                        Конкретный земельный участок не может одновременно возникнуть в вашей голове, моей и еще у ста человек. Он один. Если кто-то имеет на него права, то он принадлежит ему. При этом у других людей могут быть свои земельные участки. Но кто-то из нас неожиданно опубликовал план своего участка (квадрат со сторонами 100м х 100м) и заявил, что все, у кого форма участка совпадает с формой его участка, должны платить ему лицензионные отчисления. Ведь он первый опубликовал. И теперь всем приходится менять форму своих участков, лишь бы не нарушать его права. А кто-то настолько ленив или стеснителен, что предпочитает платить и не связываться. По участкам начинают сновать землемеры, которые следят за формой всех участков. Создаются суды. Появляются адвокаты. Кто-то не выдерживает и вообще забрасывает свою землю. Ущерб для общества очевиден.
                        Не очевиден он только их детям. Они выросли при этом порядке и не знали золотого времени.

                        Я не призываю отменять частную (sic!) собственность. Я призываю любую публикацию (sic!) рассматривать как добровольную передачу прав в общественное достояние.
                        • 0
                          Увеличит ли это количество публикаций? Качество публикаций? Авторское право ведь не самоцель.

                          Вопрос можно из другой стороны поставить — увеличат ли количество и качество публикаций такие длительные сроки и жесткие условия охраны как сейчас?

                          Может самым лучшим результатом по этому критерию будет не полная отмена, а например сокращение срока действия до 30 лет с момента публикации?

                          Тогда например Толкиен уже будет в общественном достоянии как и классические мультфильмы Диснея. А вот новый блокбастер, который сейчас крутят в кинтеатрах — все еще нет.
                          • 0
                            У меня есть хобби. Я люблю сочинять музыку. В столе (особая папка на Рабочем столе) накопилось более ста произведений. Почему я их не публикую? Во-первых, я боюсь, что меня затаскают по судам. Во-вторых, я боюсь, что не смогу доказать, что это мои произведения, и какой-то жирный кот с ЭббиРоуд (условно) будет получать с них прибыль, подсмеиваясь надо мной (дураком). Ну и, конечно, оранжировщик из меня никудышний. При этом я совершенно не возражаю против передачи их в общественное достояние, что однако все-равно не гарантирует отсутствие судебных исков. Если любая публикация будет приравниваться к передаче прав в общественное достояние, я не буду медлить ни секунды. А сколько таких как я в мире?

                            Кто-то, будучи хорошим оранжировщиком, украсит мои произведения. Кто-то, будучи хорошим звукорежиссером, сделает их приятными уху слушателя. И в итоге потребители получат их в самом лучшем виде, заметьте — совершенно бесплатно.

                            Я согласен, что есть такие произведения, которые при нынешнем развитии науки и техники не сделать дома, на коленке. К примеру, фильм, сравнимый по качеству с голливудским блокбастером. Ну что ж, я, к примеру, не против дать денег (причем, если разбогатею, то и больших) на съемку фильма по «Ведьмаку» А.Сапковского. Кому-то хочется увидеть экранизацию Р.Желязны. Во-первых, такой механизм элиминирует риск коммерческого провала фильма. А, во-вторых, потребитель сам, без посредничества жирных котов из Голливудских гигантов будет выбирать, что ему нравится, а что нет.
                            • 0
                              Во-первых, я боюсь, что меня затаскают по судам.

                              Вы подсознательно чувствуете, что ваши произведения не оригинальны?
                              Во-вторых, я боюсь, что не смогу доказать, что это мои произведения

                              Вы считаете, что ваши произведения настолько хороши, что кто-то будет заморачиваться над подделкой доказательств того, что они у него появились раньше чем у вас?
                              При этом я совершенно не возражаю против передачи их в общественное достояние,

                              Возьмите и передайте, а лучше (в силу некотрых особенностей российского законодательства), имхо, опубликуйте под лицензией CC-0.
                              Ну что ж, я, к примеру, не против дать денег (причем, если разбогатею, то и больших) на съемку фильма

                              Лично мне сложно представить вариант «деньги утром, стулья вечером» в принципе, но даже если представляю, то мне нужно доверие к конкретному лицу, собирающему деньги на, скажем, «Лабиринт отражений» (режиссеру снимавшему «Ночной дозор», я точно деньги не доверю, но если снимет, то куплю билет в кино, чтобы с полным правом сказать свое «фи» :).
                            • 0
                              Чтобы просто сидеть дома и на коленке делать произведения уже нужны деньги. Нужно платить за дом, еду, одежду, лечение, детей. Если же заниматься эти после основной работы то думаю очевидно, что много сделать просто не успеешь.

                              Уже успели написать комментарий со схожим смыслом, так что просто замечу, что я ни разу не слышал об исках к авторам новых произведений или их краже бизнесменами. Самое страшное — это подписанный по невнимательности контракт с плохими условиями. Ничто не мешает прямо сейчас выложить — хоть так хоть под открытой лицензией.
                        • +1
                          Если считать запрет в вашем примере копирайтом, то он не сможет заставить людей переделывать свои участки. Создать новый квадратный может быть проблематично, но вот старые переделывать не нужно. Разве что в суде не повезет.
                        • +1
                          Вы опять фигурируете странными примерами. Изначальная суть патентного права не в том, чтобы на пустом месте заставить кого-то платить деньги. Суть в том, чтобы защитить интерес осуществлять реальные изобретения.

                          Давайте другой пример возьмем. Человек посвятил жизнь тому, чтобы найти правильную форму поля. Вот показалось ему, что форма поля очень важна для вкуса сельхозпродукции. Вместо того, чтобы, как остальные, просто выращивать одинаковые по вкусу овощи на квадратных полях, он сажал, перекраивал поля, сажал снова и т.д. Конечно, все свои деньги он пускал в свои исследования. Искал он искал и нашел. Оказалось, что поле, размеченное в определенной форме, дает очень вкусную продукцию. Он не публиковал никаких исследований по этому поводу, никаких планов, просто начал сам выращивать еду. И вот по идее, он должен бы компенсировать свои затраты — люди-то будут покупать его более вкусные овощи\фрукты. Но его коллеги-фермеры подсмотрели и начали поля таким же образом формировать. И вся еда опять стала одинаковой по вкусу. Т.е. она стала лучше, но вот этот конкретный фермер ничего не получил за то, что сделал всем лучше и вкуснее. Так вот смысл ему этим было заниматься?
                          И второй вариант: он результат своих исследований запатентовал, форму этого самого поля. И теперь другие фермеры либо не могут эту форму поля использовать, либо обязаны ему отдать часть прибыли. Это несправедливо, по вашему? В каком случае ущемление прав больше — в первом или втором?
      • 0
        Увы, даже такой рецепт может не сработать в особо суровых случаях.
        Шутка про BolgenOS и нескучные обои будет к месту, полагаю.
    • 0
      Обществу выгодно, чтобы публиковали. Соответственно обществу выгодно, чтобы не крали. Вроде логично.
      • 0
        Формально не логично. Просто общество (пока?) не нашло лучшего стимула публикаций, кроме как право интеллектуальной собственности.
        • 0
          Я, например, очень хочу верить, что пока. Но в мире, где постепенно всё большую ценность имеет именно интеллектуальная составляющая, и при этом деньги дают силу и власть, другого в ближайшем будущем ждать вряд ли приходится.
  • +4
    Я думал только хаброюзерам приходят в голову идеи о создании единого хаба, совмещенного с магазином :)

    Что показательно, Англия была родиной копирайта в современном мире, и в ней же начинаются процессы по его изменению. А ведь мы могли предложить подобное мировому сообществу, помнится даже Президент давал поручение подготовить предложения по копирайту для мирового сообщества, но, кажется, толком ничего не было сделано.
    • +2
      «Если джентльмен не может выиграть по правилам то он меняет правила.»
  • –2
    шутка про британских учёных
  • +3
    Собственность вообще — зло. А собственность на информацию — это просто безумие.
    • 0
      А собственность на произведения? Произведение != информация.

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.